Новости

Свежий комментарий управляющего партнера ЮК Генезис Артема Денисова в Адвокатской газете.

В Определении № 301-ЭС22-1148 от по делу № А43-2132/2021 Верховный Суд РФ разбирался в порядке предъявления требования к Российскому союзу автостраховщиков о компенсационных выплатах.

15 июля 2014 г. произошло ДТП с участием автомобилей Daewoo Nexia и Kia Rio. Факт происшествия, его причина и вина водителя первого автомобиля были установлены справкой о ДТП от 15 июля 2014 г., а также постановлением по делу об административном правонарушении.

Гражданская ответственность виновника ДТП была застрахована в ЗАО «Страховая компания “ДАР”», а потерпевшей – в ООО «Страховая группа “АСКО”».

2 октября 2015 г. представитель потерпевшей обратился с заявлением к страховщику о страховой выплате в порядке прямого возмещения убытков. 5 октября поврежденный автомобиль по направлению страховщика был осмотрен экспертом-техником. Страховщик, признав событие страховым случаем, выплатил потерпевшему страховое возмещение в сумме около 50 тыс. руб.

Не согласившись с суммой возмещения, потерпевшая Мунира Ахтареева обратилась в страховую компанию с заявлением об организации независимой технической экспертизы. Так как страховщик не организовал такую экспертизу для определения реального размера ущерба, причиненного в результате ДТП, страхователь самостоятельно обратилась в экспертное учреждение, чтобы определить стоимость восстановительного ремонта, предварительно уведомив страховщика о времени и месте проведения экспертизы. Согласно заключению эксперта, стоимость восстановительного ремонта составляет порядка 395 тыс. руб. с учетом износа деталей. За проведение экспертизы потерпевшая уплатила 25 тыс. руб.

16 июня 2016 г. Мунира Ахтареева вручила страховщику претензию о доплате страхового возмещения и комплект необходимых документов, однако требование о выплате было оставлено без удовлетворения.

Приказом Банка России от 8 февраля 2018 г. у «СГ «АСКО» была отозвана лицензия, а приказом от 16 ноября 2015 г. – у «СК «ДАР». 23 марта 2016 г. Арбитражный суд г. Москвы признал «СК «ДАР» банкротом.

Мунира Ахтареева и Наиль Хакимов заключили договор уступки права требования от 20 апреля 2018 г., по условиям которого цедент передает, а цессионарий принимает право требования, возникшее по факту причинения вреда Kia Rio, о взыскании с лиц, установленных законом или договором, в том числе к РСА, размера всех материальных требований цеденту по данному факту и (или) вытекающих из него. 24 апреля Хакимов и «Авто-Советник» заключили договор цессии, согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме права требования к «СГ “АСКО”» и иным должникам (в случаях, предусмотренных законом) на получение возмещения убытков, возникших в связи с повреждением автомобиля, в размере стоимости восстановительного ремонта, утраты товарной стоимости, а также расходов на проведение независимых экспертиз (оценок), оплату услуг аварийных комиссаров, услуги автосервиса по сбору-разбору и диагностике ТС, его хранению, оплате услуг нотариуса при засвидетельствовании верности копий документов, необходимых для обращения в страховую компанию, расходов на отправку почтовой и курьерской корреспонденции (писем, телеграмм и иных отправлений и т.п.) при направлении заявлений и уведомлений в страховую компанию, претензий и иной переписки со страховой компанией, иных убытков, вытекающих из ДТП, которые должники должны оплатить цеденту.

В связи с тем что у страховых компаний потерпевшего и виновника ДТП были отозваны лицензии на осуществление страховой деятельности, общество обратилось с заявлением о компенсационной выплате в Российский союз автостраховщиков, которому 25 июля 2020 г. направило пакет документов. Так как требование общества исполнено не было, оно направило досудебную претензию, а когда она также не была исполнена, – обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с иском о взыскании порядка 344 тыс. руб. компенсационной выплаты, 25 тыс. руб. расходов по оценке и 395 руб. почтовых расходов.

Рассмотрев иск, арбитражный суд сослался на положения ГК РФ и Закона об ОСАГО и учел, что в соответствии с экспертным заключением от 7 апреля 2016 г. стоимость восстановительного ремонта составляет почти 395 тыс. руб. с учетом износа деталей, в то время как выплаченное страховщиком страховое возмещение составило около 50 тыс. руб. В итоге суд пришел к выводу, что при отзыве лицензий у страховщиков ответственности потерпевшего и причинителя вреда являются правомерными требования общества к РСА об осуществлении компенсационной выплаты. Руководствуясь положениями ст. 101, 106 и 110 АПК, суд признал правомерными требования о взыскании с РСА 25 тыс. руб. расходов по оценке и 394 тыс. руб. компенсационных выплат, а также почтовых расходов. Апелляция и кассация оставили решение первой инстанции в силе.

РСА подал кассационную жалобу в Верховный Суд. Рассмотрев жалобу, ВС заметил, что, определяя размер компенсационной выплаты в пределах лимита, установленного в п. 2 ст. 19 Закона об ОСАГО, суды применили п. 2 ст. 19 Закона об ОСАГО в редакции Закона от 21 июля 2014 г. № 223-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон “Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств” и отдельные законодательные акты Российской Федерации», в соответствии с которым предельный размер компенсационной выплаты не может превышать 400 тыс. руб. Вместе с тем положения Закона № 223-ФЗ, которыми внесены изменения в ст. 19 Закона об ОСАГО в части увеличения предельного размера компенсационной выплаты до суммы, не превышающей 400 тыс. руб., вступили в силу с 1 октября 2014 г. и в соответствии с п. 13 ст. 5 Закона № 223-ФЗ применяются к отношениям между потерпевшими, страхователями и страховщиками, возникшим из договоров ОСАГО, заключенных после вступления в силу соответствующих положений Закона, если иное не предусмотрено настоящей статьей, – то есть после 1 октября 2014 г.

Верховный Суд обратил внимание, что до внесения изменений размер компенсационных выплат устанавливался в части возмещения вреда, причиненного имуществу нескольких потерпевших, в размере не более 160 тыс. руб. и не более 120 тыс. руб. – при причинении вреда имуществу одного потерпевшего. Таким образом, поскольку ДТП произошло 15 июля 2014 г. и на тот момент гражданская ответственность виновника была застрахована в «СК «ДАР», то, соответственно, договор ОСАГО виновника ДТП заключен до 1 октября 2014 г. Следовательно, лимит компенсационной выплаты по страховому случаю не может превышать 120 тыс. руб.

Вывод о том, что для правильного применения положений ст. 19 Закона об ОСАГО, устанавливающих предельные размеры компенсационных выплат, юридическое значение имеет дата заключения договора ОСАГО с лицом, виновным в ДТП, содержится в п. 2 Постановления Пленума ВС от 26 декабря 2017 г. № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности» и Определении Судебной коллегии по гражданским делам ВС от 14 мая 2019 г. № 5-КГ19-18.

Кроме того, суды отклонили довод ответчика о том, что с 1 июня 2019 г. вступили в силу изменения в Закон об ОСАГО, в соответствии с которыми установлен исчерпывающий перечень лиц, имеющих право на получение компенсационной выплаты, куда истец не включен. При этом, удовлетворяя требования истца, суды исходили из того, что цессионарий имеет право на получение компенсационной выплаты наряду с потерпевшим и другими выгодоприобретателями, приняв во внимание, что договор ОСАГО между причинителем вреда и страховщиком заключен до 1 июня 2019 г., – то есть до вступления в силу положений п. 14 и 15 ст. 2 Закона от 1 мая 2019 г. № 88-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», внесших изменения в ст. 18 и 19 Закона об ОСАГО.

Между тем, разъяснил ВС, правовое значение для решения вопроса о применимости к рассматриваемым отношениям новой редакции Закона об ОСАГО имеет не дата заключения соответствующего договора, а дата предъявления непосредственно в РСА требований о компенсационных выплатах, поскольку в соответствии с п. 6 ст. 7 Закона № 88-ФЗ положения ст. 18 и 19 Закона об ОСАГО (в редакции настоящего закона) применяются к отношениям по осуществлению компенсационных выплат, которые возникнут из требований, поданных после дня вступления в силу п. 14 и 15 ст. 2 Закона. Суд первой инстанции установил, что в связи с тем, что у страховых компаний потерпевшего и виновника ДТП отозваны лицензии, истец обратился с заявлением о компенсационной выплате в РСА. Поскольку требование о компенсационной выплате исполнено не было, истец направил 27 ноября 2020 г. в адрес РСА досудебную претензию. При этом суд апелляционной инстанции указал, что заявление о компенсационной выплате по данному ДТП получено ответчиком 16 апреля 2019 г. Между тем истец в исковом заявлении указывал, что обратился в РСА с заявлением о компенсационной выплате и документами 25 июля 2020 г. Эти документы были получены ответчиком 25 августа. Суд апелляционной инстанции данное обстоятельство не проверил и не оценил. При этом в постановлении кассационной инстанции содержится вывод, что истец обратился в РСА 25 июля 2020 г. «Указанные противоречия судами не устранены и нуждаются в дополнительной проверке», – отметил ВС, возвращая дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.

Наш комментарий

Артем Денисов, управляющий партнер юридической компании «Генезис»:

Управляющий партнер юридической компании «Генезис» Артем Денисов отметил, что правовое значение для решения вопроса о применимости к рассматриваемым отношениям новой редакции Закона об ОСАГО имеет не дата заключения договора между причинителем вреда и страховщиком, а дата предъявления непосредственно в РСА требований о компенсационных выплатах, поскольку в соответствии с п. 6 ст. 7 Закона № 88-ФЗ положения ст. 18 и 19 Закона об ОСАГО применяются к отношениям по осуществлению компенсационных выплат, которые возникнут из требований, поданных после дня вступления в силу п. 14 и 15 ст. 2 Закона об ОСАГО.

Прочитать полную версию статьи в Адвокатской газете

Аутсорсинг юридических услуг – ключевая практика юридической компании Генезис. Узнать больше