Новости

Сегодня в Екатеринбурге работает 41 ночной клуб, 107 баров и 28 бильярдных, 9 булинг-центров и 17 пабов. Только за прошлый год в мэрии на заведения такого рода пожаловались 24 горожанина. Чаще всего екатеринбуржцев не устраивает нарушение тишины в ночное время, размещение рекламных носителей непристойного содержания и грубость персонала. Горожане, жаждущие повеселиться, жалуются на фейс-контроль. А точнее, на отказ в посещении заведения без объяснения причин.

Сегодня в Екатеринбурге работает 41 ночной клуб, 107 баров и 28 бильярдных, 9 булинг-центров и 17 пабов. Только за прошлый год в мэрии на заведения такого рода пожаловались 24 горожанина. Чаще всего екатеринбуржцев не устраивает нарушение тишины в ночное время, размещение рекламных носителей непристойного содержания и грубость персонала. Горожане, жаждущие повеселиться, жалуются на фейс-контроль. А точнее, на отказ в посещении заведения без объяснения причин.

В соответствии с последним вопросом в начале 2012 года даже было проведено совещание, на котором чиновники (ссылаясь на статью 426 Гражданского кодекса РФ) потребовали от владельцев увеселительных заведений пускать туда всех желающих, напомнив, что нарушителям грозят санкции: от предупреждений до штрафов.

Однако вышеназванная статья не является последней инстанцией в вопросе фейс-контроля.

«В ст. 426 ГК РФ, дается определение понятия «публичный договор». Это – договор, заключенный коммерческой организацией (в данном случае это – ночной клуб) и устанавливающий ее обязанности по выполнению работ или оказанию услуг. Также в законе говорится, что коммерческая организация не вправе оказывать предпочтение одному лицу перед другим в отношении заключения публичного договора, кроме случаев, предусмотренных законом и иными правовыми актами. В случаях, когда граждане обращаются в суд с иском к развлекательному заведению на почве фейс-контроля, суд признает, что между сторонами конфликта был заключен публичный договор», – разъясняет Артем Денисов, управляющий партнер ЮК «Генезис».

С другой стороны, поскольку в подобных случаях гражданин является потребителем услуг, оказываемых ответчиком, то данные правоотношения подлежат регулированию ФЗ “О защите прав потребителей”. Согласно этому закону, существуют правила оказания услуг общественного питания, по которым заведение может самостоятельно устанавливать в местах оказания услуг правила поведения для посетителей, не противоречащие законодательству РФ.

«Из толкования положений о публичном договоре следует, что гражданину, обратившемуся в организацию сферы услуг общественного питания с предложением заключить публичный договор, может быть отказано по основаниям, предусмотренным внутренними правилами поведения. Среди этих оснований может содержаться в том числе фейс-контроль. Например, такой пункт “в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения вход в клуб запрещен”», – говорит Артем Денисов.

Следовательно, учитывая публичный характер договора, можно говорить о том, что законным отказ будет лишь в том случае, если он обоснован условиями договора. В противном случае такой отказ нельзя считать правомерным.

«Но в таком договоре не могут быть указаны дискриминирующие признаки фейс-контроля. Например, не допуск в заведения по причине инвалидности, религиозных взглядов или национальной принадлежности», – резюмирует Артем Денисов.

close


Приятно познакомиться

Если Вы желаете быть в курсе новостей законодательства и судебной практики от ЮК Генезис, не забудьте подписаться

Мы не спамим! Прочтите нашу политику конфиденциальности, чтобы узнать больше.